Джеймс Мэй
853 (+886/-33) Карма
Блог
1




Джеймс о спорах.

Одна из причин, почему Top Gear имеет успех как ТВ-программа, кроется в том, что мы трое практически ни в чём не соглашаемся. Как однажды заметил один магнат-владелец страшного бизнеса, когда двое в совете директоров в чём-то согласны, значит один из них лишний.

По правде говоря, передача может нравиться благодаря большой стоимости съёмок, отличной работе операторов и невероятной способности наших звукоинженеров уловить звучание суперкара именно таким, каким его слышит водитель. А это весьма сложная задача.

И вот ещё о чём вспомнил: поскольку для большинства наших зрителей английский не является родным языком – к примеру, для австралийцев – то приведённое выше объяснение гораздо лучше оправдывает успех программы.

И весьма возможно, что ребята, которых мы встретили в Ираке и которым нравится Top Gear, просто так и ждут, что у Кларксона спадут штаны, что Хаммонд будет выглядеть глупо, а я потеряюсь. Это элементы одного всеобщего языка, грамматика которого интуитивно понятна для всех, как тот небольшой жест, значащий «счёт, пожалуйста!»

Но не это я хочу сказать. Мы спорим. Это нормально. Все мы признаёмся, что нам нравится Subaru Legacy Outback, но только Джереми и меня объединяет любовь к майонезу Sandwich Spread. Хаммонд его не любит, поскольку в майонезе есть маленькие кусочки.

Только я и Хаммонд любим консервы с бобами и сосисочками (в густом томатном соусе). Хаммонду и Кларксону нравится Ford Mustang, но я думаю, что машина эта для старомодных. Хаммонд и я любим велосипеды, в отличие от Кларксона. Это вызвано, вероятно, тем, что он ездит на велосипеде, как учитель из комикса «Дети с Бэш-Стрит».

Я разделяю мысли Кларксона по поводу раннего творчества Genesis, но не согласен с ним по поводу группы Supertramp, поскольку он не понимает эту классную большую группу. Хаммонд её понимает, но терпеть не может песню “In Your Wardrobe” группы Genesis. И так далее.

Но всё же мы хотя бы имеем одинаковое мнение по поводу оригинального VW Beetle. Какой-то ненавистный карбункул, а не машина, на котором ездят люди с приступами психоза по малейшему поводу. Да. Но я изменил своё мнение. Простите.

В последние несколько месяцев я провёл много времени с «Жуками», поскольку этому автомобилю уделяется значительное внимание в моём новом специальном выпуске Top Gear под названием «Автомобили народов». Серьёзно. «Жук» - страшная штуковина, делающая вас похожим на подписчика журнала “Health&Efficiency”* («Здоровье и Эффективность» - британский журнал для натуристов и нудистов – прим. пер.), но автомобиль интересный.

Он интереснее, чем, скажем, Morris Minor, который просто гламурная штуковина. У «Жука» есть внутренняя тьма, а его милый пухленький профиль прячет в себе измученное прошлое. Это придаёт машине некий смысл – словно перевоспитавшийся грабитель поездов. Примерно по той же причине мы любим Lamborghini. Кажется, что у машин есть какое-то прошлое. Хорошо спрятанное.

Если внимательно вглядеться в историю «Жука», то можно увидеть: тут и там в ней есть предательство, возможное воровство, военные настроения, политические игры и неприкрытое зло. Но машина стала символом хиппи, так что история имеет вполне счастливый финал. Но даже несмотря на то, что некоторые самые талантливые автомобильные умы мира изначально воспринимали эту машину как нечто ничего не стоящее, «Жук» просто продолжал выполнять возложенную на него задачу. А именно: повышать мобильность народа. Жалко, что так много людей из того самого народа были просто любителями травки и никчёмными бездельниками.

«Жук» был невероятно современным, а его конструкция продумана с большим умом. И, несмотря на сильно распространённое мнение, «Жук» не был основой для Porsche 911. «Жук» якобы создавался Фердинандом Порше, а на момент появления 911-й его уже лет 10 как не было в живых. 911-я была работой его внука и главного дизайнера Porsche Эрвина Коменды.

Тот факт, что 911-я это заднемоторный автомобиль с воздушным охлаждением, а форма его похожа на грудь Марии-Антуанетты, ещё не говорит о том, что он основан на «Жуке». Много машин используют такую компоновку, потому что в то время она считалась прогрессом с точки зрения оснащения и аэродинамики. «Жук» Фердинанда был просто превосходным выражением передовой мысли 30-х годов, мысли, которая продолжала жить и в 60-х, и в 70-х. К примеру, взгляните на Subaru.

С таким же успехом можно сказать, что Ford Cortina основан на Model T, потому что обе машины переднемоторные, с жидкостным охлаждением и заднеприводные. Чушь. Водить оригинального «Жука» - весьма ужасный опыт. Звучит он так, словно метеоризм всех людей мира выразился в одном явлении. Посадка водителя оставляет желать лучшего, смена передач неподатливая, обогрев и вентиляция отсутствуют. Лобовое стекло слишком маленькое.

Но можно на это взглянуть и с другой стороны. Обычно меня раздражают старые автомобили. Они плохи, и именно поэтому их больше не производят. Но можно насладиться старым автомобилем на интуитивном уровне – просто наблюдая за тем, что этот автомобиль значит для мира.

Так что, если вы хотите себе такой автомобиль, то он вполне для вас может стать самым лучшим. И «Жук» является таким. Думаю, я хочу себе «Жука».


* издававшийся Лордом Янгом из Департамента торговли и промышленности в эпоху Маргарет Тэтчер, если я верно помню

 



Просмотров:
Март 2014

Для отправки комментариев войдите или зарегистрируйтесь
Объемная 3d фрезеровка в Москве, высококачественное чпу фрезерование skb-mami.ru;коляска yoya
Наверх